Особенности охотничьего хозяйства Северной Америки

Среднего американца страстно тянет на лоно природы. Быть может, это — влияние генов далеких предков, сбежавших из перенаселённой Европы и освоивших почти девственный континент. Гораздо вероятнее, что к вылазкам на природу американцев толкает невозможность постоянного пребывания во все разрастающихся центрах урбанизации и индустриализации. Около 350 млн. жителей Северной Америки ежегодно посещают национальные парки США и Канады. Более 40 млн. человек в год приобретают разрешения на спортивную охоту и рыбную ловлю. Каждый пятый мужчина континента в возрасте старше 18 лет — рыболов или охотник; сюда надо прибавить значительное число женщин и подростков, также увлекающихся этими видами отдыха. Десятки миллионов человек проводят многие дни в наблюдениях за дикими животными, особенно — за птицами, в выслеживании и фотографировании их.

Все виды отдыха на природе, связанные с охотой, рыболовством и т.п., играют огромную роль в экономике страны. Человек покупает лицензии на охоту или на рыбалку, платит за посещение национального (или штатного) природного парка, расходует средства на охотничье-рыболовное снаряжение, на бензин для проезда к месту отдыха или обратно, на фотоаппараты, фото-принадлежности, бинокли, подзорные трубы, книги о природе, на питание в пути или во время охоты и рыбалки, кормление охотничьих собак и др. Американская статистика не может пройти мимо явлений, влияющих на экономику общества, она подсчитывает все и вся. Установлено, например, что охотники и рыболовы затрачивают на удовлетворение своих потребностей более 12 млрд. долл. в год (и это по состоянию на 1975 год). Следовательно, они — важные фигуры в структуре общества. Можно незлобиво пошутить над ними, но необходимо в то же время сделать все возможное для сохранения и приумножения этой категории людей и создания им всех условий для продолжения их занятий. А для этого требуется, прежде всего, сохранить охотничье-рыболовные ресурсы, возможности для охоты и рыбалки.

В Северной Америке, в США в частности, выделяют значительные суммы на ведение охотничье-рыболовного хозяйства. В 1973 г., например, от продажи разрешений на спортивную рыбалку и охоту получили 242 млн. долл. Их не оприходовали в доход государства, а передали организациям штатов, ведающим охраной и использованием ресурсов животного мира. Более того. Еще до второй мировой войны в США был принят закон Питтмана-Робертсона об установлении акцизного сбора с охотничье-рыболовного снаряжения в размере 10—11 % его стоимости. Этот сбор передается федеральному органу по рыбной ловле и охоте, и он распределяет его по штатам для осуществления конкретных программ, имеющих целью изучение, сохранение и увеличение ресурсов диких животных. Логика предельно ясна: произвел орудие добычи, получил от этого прибыль, отдай часть прибыли на восполнение убыли, причиненной этим орудием… Только за 1937—1967 гг. по закону Питтмана-Робертсона природоохранные и охотничье-рыболовные службы США получили 245 млн. долл. (в среднем 8 млн. долл. в год). Поступления непрерывно возрастают: если в 1939 г. на охотничье хозяйство было выделено 477 тыс. долл., то в 1967 г. — 21, 4 млн. долл. Не удивительно, что охоте, играющей видную экономическую роль, уделяется значительное внимание. Правовые, социальные, экологические и прочие аспекты ведения охотничьего хозяйства США постоянно пересматриваются и совершенствуются.

По американским законам, право на охоту вытекает из декларированных в этой стране политических свобод и является неотъемлемым правом каждого гражданина США (дикие животные являются собственностью государства). Однако реализация этого права связана со все большим числом ограничений и условий. Уже издавна охота допускалась только на определенных территориях, указанных государством. Кроме того, она ограничивалась частной собственностью на землю. Владелец земли не может запретить охоту в своих угодьях. Но его законное право — не допускать в свои владения посторонних лиц, в том числе… охотников. Сейчас к этому добавились видовые запреты — временные или постоянные, необходимость выкупа платных разрешений при охоте на те или иные виды дичи, сезонные и суточные нормы добычи и многое другое.

Охотничьи угодья страны принадлежат частным владельцам и государству, причем на долю последнего приходится не более 1/3 территории страны. В частном владении находится 120 млн. га лесов. Около 68 % охотников США охотятся в этих лесах, каждый четвертый проводит в них 25—75 % охотничьего досуга, и лишь менее 4 % пользуются государственными лесами. Большая часть рыбы и дичи добываются в сельскохозяйственных угодьях, 3/4 которых находится в частной собственности. Кстати, землевладельцы обязаны соблюдать общие правила охоты на местные виды, действующие в штате, не превышать установленных для их угодий норм добычи.

Частная собственность на землю в США, как уже упоминалось, способствует возникновению в охотничьем хозяйстве этой страны серьезных противоречий. Особенно острый характер они приобретают на сельскохозяйственных землях.

С 1950 по 1972 гг. объем сельскохозяйственной продукции возрос на 50 %; возникла проблема перепроизводства. В 1956 г. был принят закон о земельном банке. Он предусматривал заключение с фермерами соглашений на 5 и на 10 лет, по которым они за соответствующую компенсацию отводили часть земель под залежь.

До 1970 г. ежегодно 16—24 млн. га пашни превращались в залежь. Землевладельцам платили по 75—187 долл. в год за каждый заброшенный гектар пашни. Всего платежи за эти земли достигали 3, 4 млрд. долл.

В договорах, заключаемых с фермерами, обычно предусматривалось проведение биотехнических мероприятий на оставленных землях, особенно — создание защитной растительности. В ряде случаев это положительно сказалось на численности дичи и, в частности, фазанов. Так, в Южной Дакоте в результате перевода в залежь 270 тыс. га сельскохозяйственных земель численность фазанов возросла с 3 до 10 млн. особей. Контингент охотников увеличился на 50 %, доход от них достиг 10 млн. долл. в год. Освобождение из-под зерновых культур 1,2 млн. га угодий дало примерно такой же экономический эффект.

Однако в 13 штатах Среднего Запада при обследовании 30 тыс. га залежных земель было обнаружено, что 57% их площади были лишены растительности; около 2/3 залежных земель были отнесены к плохим охотничьим угодьям. На них развиваются эрозионные процессы, численность дичи снижается.

Увеличение спроса на зерно на мировом рынке в последние годы привело к тому, что большие площади залежных земель в США начали распахиваться. Условия обитания дичи в сельскохозяйственных районах страны ухудшились и продолжают ухудшаться.

Нельзя, однако, преуменьшать значение государственных земель в развитии охоты и рыболовства. На них к началу 70-х годов обитало более 3 млн. голов крупной дичи и огромное количество мелкой дичи, рыбы, неохотничьих животных. Продукция коммерческого рыболовства, получаемая с государственного земельного фонда, обеспечивает рыбой 12 млн. американцев. Охотники, рыболовы, любители-орнитологи проводят здесь ежегодно 16 млн. чел.-дней. Особенно широко развита охота на крупную дичь в национальных лесах, вся деятельность в которых основана на принципе многостороннего, комплексного использования.

Федеральные и штатные органы постоянно увеличивают площадь государственных охотничьих и рыболовных угодий, выкупая наиболее ценные участки у частных владельцев.

Число охотников-любителей (оно непостоянно, меняется из года в год) в США 19—20 млн., в Канаде — 400—500 тыс. В Мексике всего 15—20 тыс. охотников. Средняя охотничья нагрузка на 1 км2 территории этих стран составляет примерно 1 человек, она чрезвычайно неоднородна и зависит от многих факторов, особенно — от концентрации дичи и степени удаленности и доступности охотничьих угодий.

Кроме охотников-спортсменов, на континенте имеется много трапперов; кстати, в американском словоупотреблении охотник (hunter) и траппер (trapper) — очень различные понятия. Пер­вый получает от охоты удовольствие, не помышляя о доходе (коммерческая реализация мяса дичи запрещена), второй ловит пушных зверей исключительно ради заработка, пушной промы­сел для него — бизнес.

Интересы охотников и трапперов смыкаются лишь в тех слу­чаях (а их немало), когда некоторые звери служат одновременно объектами охоты и промысла.

Число трапперов в Канаде известно довольно точно — 70 тыс., (3 % населения). В США в ряде штатов для отлова пушных зверей разрешения не требуется, поэтому учет числа трапперов не вполне налажен. Называют 825 тыс., по более ве­роятно считать 2 млн. Из них профессионалов, добываю­щих большую часть пушнины, около 40 тыс. человек.

Цели американского охотника во многом отличаются от устремлений охотника Европы. Как писал известный англий­ский специалист по охоте У. Ньюлэнд, изучавший охоту в США в середине 60-х гг., охотник-американец, особенно горожанин, испытывает меньше интереса к самой добыче, чем к ее преследованию, причем в сложной и суровой обстановке. Склонный к соревнованию в других сферах, он часто отказывается от него на охоте, не стремясь убить как можно больше дичи и тем самым заслужить одобрение в своем окружении. Лишь каждый четвертый или пятый американский охотник интересуется тро­феями — рогами, клыками, черепами, шкурами и т. д. Главное для него, помимо чисто охотничьих удовольствий, — мясо дичи, которое он привозит домой или дарит друзьям. Поэтому амери­канец не проводит многие дни или недели в выслеживании и преследовании рогача с рекордными трофеями, часто он стре­ляет первого же встреченного зверя. Отсюда — отсутствие или незначительное развитие селекции трофейных животных в охот­ничьих угодьях.

Для американского охотника много значит обладание охотничьим оружием и прочим охотничьим снаряжением. Он часто имеет несколько ружей, в том числе нарезных (они более распространены, чем малоэффективное при охоте на диких копытных гладкоствольное оружие). Концепции охоты американского охотника слабо связаны с успехом выстрела. Главное — дви­гаться, видеть новые местности, общаться с природой и друзьями по охоте, выслеживать дичь на более или менее равных основаниях с другими…

У американского охотника-спортсмена большой выбор охот в местах проживания и в охотничьих угодьях других штатов, причем система регламентации этих охот очень локальна и подвижна. Как следствие этого и богатства охотничьих ресурсов континента — большой объем и высокая стоимость продукции охотничьего хозяйства. В последние годы в Северной Америке ежегодно добывают около 173,8 млн. охотничьих животных. Дичные виды дают более 1,6 млн. ц. мяса на сумму около 320 млн. долл. Не менее 133 тыс. ц. мяса (28 млн. долл.) полу­чают от пушных видов, часть его (мясо медведя, рыси, бобра, ондатры, норки) используют в пищу и на корм клеточным зве­рям. Таким образом, общий объем мяса, заготовляемого охот­ничьим хозяйством Северной Америки, — 1737,7 тыс., ц. на сумму около 348 млн. долл. Стоимость закупаемой у трапперов пушнины — 216,5 млн. долл. Итого 564,5 млн. долл. С учетом стоимости шкур диких копытных зверей, пуха и пера пернатой дичи, рогов, бобровой «струи» и т.д. эту цифру смело можно увеличить до 600 млн. долл. Деление полученной суммы на сумму площадей США и Канады дает средний выход охотничьей продукции, равный 30 с лишним долл. /км2 в год. Однако, для густо-населённой и сильно преобразованной территории США этот показатель гораздо выше, что очередной раз доказывает возможность сосуществования интенсивного хозяйства и высокопродуктивной охоты. «Средний охотник» США и Канады отстреливает ежегодно 9 зверей и птиц и получает продукции на 30 долл.

Итак, главные особенности охотничьего хозяйства Север­ной Америки следующие:

  • Большое разнообразие охот, местных и на выезде, обусловленное разнообразием отдельных видов и групп дичи, на которые устанавливают самостоятельные охотничьи сезоны.
  • Динамичное и локальное регулирование охоты на различные виды дичи, преимущественно на популяционной основе, отсутствие излишней централизации в установлении сроков охоты и норм добычи на местные виды дичи.
  • Резкая дифференциация любительской охоты и добычи пушных зверей ради заработка; их сосуществование в одних и тех же местностях.
  • Значительный объем финансовых вложений на охрану дичи и ведение охотничьего хозяйства; наличие федерального финансового фонда, создаваемого из отчислений за продажу охотничьего и рыболовного снаряжения и направляемого на финансирование конкретных штатных программ.
  • Участие в ведении охотничьего хозяйства многочисленных землевладельцев — фермеров, ранчменов, лесоводов; финансирование федеральными и штатными организациями мероприятий по охране диких животных на частных землях.
  • Большая экономическая роль охоты в хозяйстве страны, значительный объем и высокий выход охотничьей продукции, в том числе — во вторичных, преобразованных хозяйственной деятельностью ландшафтах.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *